Гонконг. Часть I

Сначала про остров Гонконг, Цзюлун и Новые территории.




В A340 Cathay Pacific, летающих из Москвы в Гонконг, все привязные ремни дополнены авиационными подушками безопасности.




Все прилетающие в Гонконг в обязательном порядке садятся на трамвай-фуникулёр до пика Виктории, поднимаются по эскалаторам на крышу торгового центра, куда вход платный, и фотографируют одинаковый вид на ночной или дневной город.




Надо отметить, что в этом отношении Гонконг на голову осмысленнее большинства других городов, где строят небоскребы: на скайлайн здесь хотя бы можно полюбоваться или с высоты,




Или с берега. Кроме скайлайна здесь нет никаких других градостроительных установок вообще.




Чинг-чонг? Нормы инсоляции? Не, не слышали о таких.






Главное, чтобы издалека все это впечатляюще смотрелось, а то, что сам по себе город — нагромождение до ужаса страшных башен, а внизу на многих улицах аналог ныне почившего черкизовского рынка — никого не беспокоит.




Можно даже построить посредине улицы пассаж из палаток барахлом. За неделю до моего приезда на одной из таких улиц произошел пожар. Не найдут своих покупателей пиратские футболки со злыми птицами.




При возгорании палаток на земле заодно сгорает небоскреб над ними, 9 человек погибло.




В магазинах на цокольных этажах прямо напротив сгоревших палаток, несмотря на сильный запах гари, продолжается бойкая торговля. Ну и на следующей улице, где точно такой же пассаж — никто не бежит эти палатки сносить.




Надпись не даст соврать — это самый центр.




Здесь никого не удивить башнями, в планировку которых входит только лифт и одна единственная квартирка-студия.




Ну и вообще страшноватыми домами.




Местным строителям ничего не стоит возвести за пару месяцев новый небоскреб в считанных метрах от окон старого, поэтому их тут побаиваются.




Впрочем, раньше было хуже. До 1995 года в Цзюлуне прямо под глиссадой старого эаропорта находился район Kowloon Walled City, где на площадочке в 0,03 квадратных километра ютилось более 30 тысяч китайцев в домах без водопровода. Там работали какие-то заводики, дантисты без лицензии рвали зубы, а полиция даже не рисковала заходить внутрь. С переулков на первых этажах не было видно неба.




Детские площадки размещались на крышах, где деревья заменяли телевизионные антенны.




Незадолго до возвращения Гонконга Китаю местным властям это надоело, район они снесли и на его месте разбили симпатичный парк. Ничем не хуже какого-нибудь японского.








Оставили только фундамент одного из домов, а еще фрагмент таблички со стены, которая когда-то окружала район.




Малоэтажная архитектура в Гонконге ничем не лучше высотной.






Пролив между Гонконгом и Цзюлуном потихоньку засыпают, чтобы построить на нем еще небоскребов. Ну, то есть разбить там парк и построить дорогу в тоннеле, но мы-то понимаем.




Несмотря на то, что личных автомобилей здесь достаточно мало, и Гонконг заточен под общественный транспорт, пешеходов здесь не любят. Иногда, конечно, на перекрестках пешеходных и автомобильных улиц автомобилям кладут лежачего полицейского на длину всего перекрестка. Но это редкость.




В основном вдоль дорог тут сплошные ограждения, которые мешают пешеходам ходить прямо.




Выглядят эти ограждения неприятно. Иногда их украшают цветочками.




А вообще пешеходов стараются загнать на второй этаж, при этом лифты и эскалаторы встречаются далеко не всегда, как и в Москве.




Не знаю почему так получилось, но в окнах пристани Star Ferry в Цзюлуне видны или отражаются все три высочайших небоскреба Гонконга и еще пик Виктории. А больше в архитектурном плане здесь ничего интересного нет.




По сравнению с японцами, китайцы очень шумные. Во-первых, они разговаривают только криком, а во-вторых, имеют все привычки, присущие невоспитанным жлобам и поганому юношеству из России. Например, выбирают себе мелодию на сотовом телефоне сидя в трамвае и гоготом обсуждая процесс.

Воспитывают их только штрафами. Голубков покормишь - штраф 1500 долларов (гонконгских, конечно, но это все равно много, около 200 долларов США).




Жвачку кинешь в урну, не завернув в бумажку — штраф 1500 долларов.




Выплату зарплату задержишь? Добро пожаловать в тюрьму.




Рядом с воротами тюрьмы выписка из законов, где сказано, что из тюрьмы убегать нельзя.




Косплеем в музее ЖД заниматься тоже нельзя.




В отличие от России, здесь не стыдятся в каждом туалете размещать металлические таблички с просьбами сливать за собой воду. В России сначала рассчитывают на порядочность, потом вешают бумажку А4 с гневной надписью уборщицы, а когда ее срывают — снова рассчитывают на порядочность.

Здесь в порядочность изначально не верят, и во многих общественных туалетах (обязательно бесплатных) ставят хитрую систему, которая сливает воду сама.




Приклеить объявление нельзя, а граффити нарисовать — можно.




Если урна переполнена — можно пожаловаться в колл-центр.




Дочитанную книгу можно вернуть ночью в специальный ящик, не заходя в помещение библиотеки.




В 1941 году англичане героически убежали от наступающих японцев, и те занимали британскую колонию до самой капитуляции после атомных бомбежек Хиросимы и Нагасаки. Между тем, следы японской оккупации чувствуются до сих пор. Во-первых, вкусно кормят только в японских ресторанах. Во-вторых, население явно неплохо понимает кану. В-третьих, распространены манэки-нэко. Как в хозяйственных магазинах.




Так и в закусочных. Кстати, штраф за курение в неположенном месте — 5000 долларов.




Всем пофиг, правда.




Школа здесь не отделена от церкви.




Китайцы изучают евгенику.




И охотно приобщаются к новым религиям.




Можно посмотреть на дикую фауну.




И фауну в клетках.




На декабрьские цветы на природе.




И в горшочках.




Пытаются подражать Боровску.




Уважают уличных людей.




В последний день моего пребывания в Гонконге завезли каких-то малопонятных гастарбайтеров из Юго-Восточной Азии, которые оккупировали весь центр города своими баулами.




Значительную долю магазинов в городе занимаются лавки с неведомой фигней, которую китайцы называют традиционной медициной.




Гонконг уже почти 15 лет как перестал быть британской колонией, однако на сдачу до сих пор дают монетки с Елизаветой II.




Родина напоминает о себе тематическими ресторанами, причем не чаще, чем в Японии, например.




А еще изображением ходивших в КНР советских паровозов ФД ("Феликс Дзержинский") на входе в железнодорожную станцию. Во время "культурной революции" их переименовали в БР ("Бей ревизионистов"), но потом вернули старое название.




На остановках трамвая на Новых территориях, когда температура опускается до  +20, информационные табло предупреждают о холодной погоде. И правда, местные кутаются в пуховики и надевают шапки.




А из окна поезда метро в тех краях виден Китай. Но мы туда не пойдём.



<< Вильнюс. Часть II << Друскининкай
Гонконг. Часть II. Чхёнчау >> Гонконг. Часть III. Транспорт >>